Шиптенко С.А.: «При наличии политической воли на единую валюту ЕАЭС можно выйти через 6−10 лет»

Шиптенко С.А.: «При наличии политической воли на единую валюту ЕАЭС можно выйти через 6−10 лет»

Интервью с Шиптенко Сергеем Алексеевичем, белорусским политологом, историком, экономистом, главным редактором журнала «Новая экономика» подготовлено специально в рамках реализации проекта «Поддержка научно-образовательных и предпринимательских инициатив в области формирования евразийского финансового рынка».

 

Как Вы оцениваете перспективы ЕАЭС в текущем ландшафте мировых экономических отношений?

Союзное государство Белоруссии и России, которое часто называют «локомотивом постсоветской евразийской интеграции», до сих пор не имеет единой валюты. Таможенный союз и ЕЭП до сих пор не имеют единой валюты. Именно политическая причина является главной в проблеме искусственного сдерживания процесса введения единой валюты Евразийского союза.

Если предположить, что политическая воля будет, сколько лет потребуется для перехода на единую валюту?

При наличии политической воли на единую валюту ЕАЭС можно выйти через 6−10 лет, проведя все институциональные реформы, унифицировав нормативно-правовую базу и приняв ряд других необходимых решений. Как показывает практика, при наличии политической воли быстро и без проволочек решались и не такие вопросы, и именно отсутствие её сдерживает интеграцию в целом и введение единой валюты в частности.

В 1994 году Минск ведь был готов к введению единой валюты накануне первой президентской компании в Белоруссии?

Тогда ещё не было Союзного государства, и ещё не состоялись первые президентские выборы, на которые Александр Лукашенко шел с лозунгами «восстановить страну» и «восстановить разорванные связи». И мы тогда ему искренне верили, ждали восстановления единства нашей Родины. Прошло почти 20 лет, и до сих пор нет даже единой валюты Союзного государства. Нет даже полноценного союзного парламента — существует какое-то «парламентское собрание», нет союзной Конституции — Конституционный акт Союзного государства мы должны были одобрить на референдумах, но политическое руководство выступило против этого. В итоге нет полноценного союзного парламента и нормативно-правовой базы, при наличии которой многие вопросы о введении единой валюты Союзного государства были бы давно сняты или не появились вовсе. А валюта Союзного государства стала бы ориентиром для единой валюты Евразийского союза. К сожалению, этот бесценный опыт приобретён не был, и главная причина такого положения дел вовсе не экономическая, а политическая.

Как могла бы выглядеть «дорожная карта» введения единой валюты ЕАЭС?

При наличии политического решения алгоритм действий понятен. На первом этапе должна произойти пресловутая «дедолларизация» взаимных расчётов, о которой так любит говорить Александр Лукашенко (и по делу, кстати). Уже виден прогресс в сокращении долларовых расчётов, в т.ч. за углеводороды, переход на использование национальных валют идёт, но далеко не завершён. Белоруссия и Россия должны полностью уйти от взаимных расчётов в долларах или евро, это же касается и предоставления кредитов. Второй этап — валютный союз. На третьем этапе должна появиться безналичная валюта Евразийского союза, и не важно, как она будет называться. На четвёртом этапе возможно введение наличной единой валюты ЕАЭС.

Материалы интервью опубликованы на сайте информационного партнера проекта http://regnum.ru/